Чем кончится вылазка России в Грузию, пока не ясно. Но некоторые выводы сделать уже можно:
- В постсоветский период российская мощь отличается чрезвычайной жестокостью, как мы уже наблюдали в Чечне. Эту жестокость подтвердило – хотя и в меньшем масштабе – зрелище того, как российская армия оккупирует суверенное государство, передвигается по нему куда заблагорассудится, наступая и отступая по своему капризу и небрежно разрушая на глазах потрясенного мира военную и гражданскую инфраструктуру молодого демократического государства. Сегодня это происходит в Грузии. А завтра, может быть, случится с Украиной? Или, во имя той же солидарности с гипотетически притесняемым русскоязычным населением, со странами Балтии? Или с Польшей?
- Новая Россия глуха к международным протестам, укорам и предостережениям. У холодной войны были свои правила, свои коды. В те времена знаки дотошно расшифровывались. Работала полувоинственная, полупацифистская герменевтика, и мы только и делали, что реагировали на то, что философ Мишель Серр назвал "сигнальными огнями и сиренами" противника. На нынешней холодной войне, сменившей имидж, сигналов больше нет. Никаких кодов. Вместо этого Россия постоянно складывает пальцы в непристойном жесте в ответ на "послания", которые, как мы сами знаем, не возымеют ровно никакого действия. Не забывайте, что прямо в тот момент, когда Кондолиза Райс находилась в Тбилиси, Владимир Путин с цинизмом и апломбом, невообразимыми еще вчера, предпочел выдвинуть свои войска вперед – до города Каспи всего в 30 милях от столицы.
- Россия ничуть не стыдится извращать принципы и идеалы. Она кивает на "прецедент" Косово – словно может быть что-то общее между случаем провинции Сербии, которую десятилетиями гнули, ломали и терзали этническими чистками, и положением Осетии, жертвы "геноцида", который согласно последним известиям (докладу Human Rights Watch) ограничивается 47 погибшими. Вы только поглядите, как они заставляют служить своей выгоде – а также выгоде русскоязычных меньшинств, которые хотят вернуть в лоно Империи – аргумент, касающийся "обязанности вмешиваться", который может оправдывать вымогательства, чинимые в Гори и других местах российской армией и ее вооруженными ополчениями. Это высокий, прекрасный принцип, который дорог министру иностранных дел Франции и еще горстке людей. Как они смеют! Что ж, Путин посмел, Путин подумал об этом и сделал это.
- Европейская – а в данном случае французская – дипломатия слаба. Мы ожидаем от великих демократий, что они безо всяких нюансов осудят агрессора и наложат на него санкции. Но, по сути, было предпринято нечто противоположное. Санкции были наложены на сторону, которая подверглась нападению. Пойти на уступки заставили слабого, а не сильного. Совсем как 15 лет назад в Дейтоне боснийский лидер Алиджа Изетбегович был вынужден скрепя сердце подписать соглашение, где излагалась программа расчленения его страны. Президент Грузии Михаил Саакашвили тоже был вынужден ратифицировать документ, который россияне называют "документом Медведева". В нем ни словом не упоминается о территориальной целостности страны.
Есть также знаменитые "положения о дополнительных мерах безопасности", признающие за российской армией право размещаться там и осуществлять патрулирование; в принципиальном плане это столь же скандально, как расплывчато в том, что касается режима практического применения. Неужели мир встал с ног на голову? Наверно, мне это лишь снится.
- Западное общественное мнение с обескураживающей легкостью купилось на тезис, который – с первого же дня – муссировался пропагандистской машиной Кремля. Теперь нам известно, что российская армия тщательно готовилась к войне еще до 8 августа. Мы знаем, что она дислоцировала на "границе" между Грузией и Осетией значительные силы, осуществляющие логистическую поддержку войск и военизированных формирований. Мы знаем, что российская сторона тщательно отремонтировала железнодорожные пути, по которым должны были идти эшелоны с войсками, и мы знаем, что утром 8 августа как минимум 150 танков прошли через Рокский туннель, разделяющий две Осетии. Другими словами, никто не может игнорировать тот факт, что президент Саакашвили решил действовать, только когда у него больше не было выбора и война уже началась. Несмотря на этот массив фактов, которые, по идее, должны быть ослепительно очевидными для всех дотошных честных наблюдателей, многие журналисты всем скопом ринулись под знамя тезиса, что грузинская сторона развязала конфликт и безответственно спровоцировала войну.
Мы должны взглянуть на все это новыми глазами. Мы должны более глубоко проанализировать механизмы слепоты, которые, если мы не проявим осторожность, упрочат на веки вечные "несмелость" Запада, которую в свое время осудил Александр Солженицын, несмелость, которая, как нам казалось, ушла в прошлое. Если не честь, то здравый смысл требует, чтобы мы пришли на выручку Европе в Тбилиси.
Бернар-Анри Леви, перевод Inopressa
